Мне кажется порою, что джигиты,
С кровавых не пришедшие полей,
В могилах братских не были зарыты,
А превратились в белых журавлей.

Расул Гамзатов, 1968 г.

Так звучала первая версия песни Р. Гамзатова, позже положенная на музыку Я.Френкеля. Поэт написал ее, вспоминая погибших близких – отца, братьев, друзей, «с кровавых не пришедших полей».

«Ранние журавли» – улетающие журавли, символ у Ч.Айтматова также слился с образом, ушедших на войну джигитов. Образ, точно сыгранный С.Чокморовым, – отец, муж, статный джигит с широкой улыбкой в белой рубахе, напевающий сыну песню... как боль и воспоминание о нереализованном, о недолюбленном детстве, об ушедших.

Журавль – как символ надежды у девочки из Японии, из пострадавшей в бомбардировке Хиросимы.

Надежда и опора – джигиты. Не вернувшиеся с полей.

Вспомним о них в этот день. Вспомним и помолчим, услышав курлыкание этих удивительных птиц, перевоплотившихся предков.

Наверное, в каждой семье есть деды, прадеды, однажды не вернувшиеся. Джигиты, которые ушли защищать свою родину, семью. Даже если она была так далека от линии фронта. Уходили отцы, кормильцы, позже мальчишки – надежда семьи. Уходили и не возвращались.

Никогда не видела своих дедов ни по материнской, ни по отцовской линии. Родители были детьми, когда потеряли их – отцов, братьев. Уже я не знаю этой части истории моей семьи, народа. Помню лишь, вспоминая, папа с мамой затихали, появлялись морщинки у глаз, уже не слезы, а грусть. Эта память никогда не была суетливой, она была какой-то возвышенной, сдержанной и тоскливой, как «стая журавлей», улетающих осенью.

Фото: Вячеслав Оселедько

Мои дети не знают этой трагедии, этих потерь. Вторая мировая для них еще менее реальна, чем игра в контрстрайк. И нет достойного современного фильма и автора, чтобы вернуть им память об этой потере. Только образ Чокморова – эта удивительная концентрация тоски по целому поколению потерянного отцовства. И может быть, каменная фреска на памятном комплексе «Ата-Бейит» из истории другой войны, репрессированных, и так же не вернувшихся с «кровавых полей».

Пограничники Баткенской; простые солдаты воины-джигиты, ушедшие «при исполнении»; ребята, которые апрельским хмурым днем 2010-го «превратились в белых журавлей»...

Джигиты!

Мы помним вас, время уносит память.

Но часть вас, ваших надежд остается в нас, и в наших детях.

Мы помним...

Жаркынай Куват

В начало